В процессе приватизации АФК «Система» сумела завладеть большим количеством московских предприятий. И сегодня деятельность холдинга очень диверсифицирована - в «Систему» входят огромный блок телекоммуникационных активов (МГТС, МТУ, «Комстар», «Голден Лайн», МТС, МСС, «Радиопейдж» и др. ) , страховой бизнес («РОСНО») , торговые предприятия («Детский мир») , девелоперский бизнес («Система-Галс») , туристический бизнес («Интурист») , а также медицинские активы, электроника, масс-медиа и банковский бизнес.

В интервью «Ведомостям»председатель совета директоров «Системы» Владимир Евтушенковпризнался, что управлять такой компанией довольно сложно, и заявил о намерении в будущем строить холдинг на основе инновационных бизнесов. Впрочем и от непрофильных активов Евтушенков не торопится избавляться - что ему советуют сделать консультанты из McKinsey для успешного размещения на западных биржах акций «Системы». А сам Евтушенков сейчас думает над тем, что посоветовать правительству делать в промышленной политике, - недавно он возглавил соответствующую рабочую группу в РСПП.

- Что конкретно государство должно делать в смысле промышленной политики?

- Раньше Советский Союз развивал практически все отрасли, потому что мы жили по закону внутреннего рынка: свои телевизоры, свои стиральные машины, свои письменные приборы, своя техника для обработки дерева - все свое. Сегодня, когда вольно или невольно мы вступаем в мировую систему разделения труда, точно должны быть определены приоритеты, потому что даже такому государству, как Россия, не вытащить все отрасли одновременно и что-то, естественно, должно умереть, что-то по условиям международного разделения труда точно должно браться из-за границы. А производимое здесь должно быть транспарентного качества, чтобы оно было пригодно для экспорта. А определение приоритетов влечет за собой инвестиционную политику, налоговую политику и таможенную. Например, как соответственным образом должны таможенная и налоговая политика отреагировать на развитие тех или иных отраслей.

- Обычно, когда начинают говорить о промышленной политике, заканчивают требованием финансировать из бюджета какие-то особо нужные для державы предприятия. РСПП предложит свой список?

- В принципе, сегодня ни одно из предприятий, за редким исключением, уже не рассчитывает на то, что оно будет жить в комфортных условиях государственного финансирования. Даже самые забубенные оборонщики. Этот сдвиг ума произошел не сегодня и не вчера, а думаю, года четыре назад. Три-четыре года назад была такая святая вера, что заказ будет и никаких проблем. Сегодня каждый руководитель точно понимает, будь то казенное предприятие или приватизированное, что задача его состоит в том, чтобы действовать по законам рынка.

- По поводу эффективности РСПП звучат разные оценки. Как по-вашему, достаточно ли рекомендаций РСПП принимается исполнительной властью?

- Если откровенно, я с самого начала был одним из яростных сторонников [нынешнего устройства РСПП], и я считаю, что вектор движения нормальный. Люди не расстались, люди не переругались, люди представляют собой организацию, заинтересованы в имидже, престиже и развитии этой организации, выразили конкретные предложения, которые уже частично взяты. Люди не используют организацию для того, чтобы отстаивать какие-то свои шкурные интересы, потому что мы ни разу не обсуждали индивидуальных вопросов.

- Многие считают, что [председатель наблюдательного совета МДМ-банка Александр] Мамут преследовал сугубо личные интересы при написании концепции банковской реформы, а [глава "Русского алюминия" Олег] Дерипаска - при написании реформы МПС. А РСПП потом эти тексты проштамповал.

- Чтобы вы понимали: там каждый - личность, и никто ни под чью дудку плясать не собирается, и все относятся уважительно друг к другу, потому что никто не зависит ни от кого и все знают, что есть определенная демаркационная линия, которую нельзя переходить. Поэтому считать, что кто-то может вести всех за собой в каком-то вопросе, преследуя только собственные интересы, - просто глупо, неправильно, и такого не было, нет и не будет. Идея овладевает массой только до тех пор, покуда это соответствует интересам дела. Того же Дерипаску поддерживают ровно до той поры, пока он выражает общие интересы.

- Перейдем к "Системе". Довольны ли вы развитием холдинга?

- Я не доволен никогда, потому что недовольство движет прогрессом. Как только человек становится доволен, он должен отдыхать. Наша трудность сейчас состоит в том, что "Система" - многопрофильная корпорация и очень тяжело построить инвестиционную политику. К примеру, вложили мы в МТС больше $1 млрд за последние годы, соответственно и отдача, известная миру. Есть у нас бизнес, допустим, медицинский, куда мы вложили $100 млн, а нужно было бы вложить $500 млн. Но российский бизнес не может рассчитывать на долгосрочные инвестиции. Были бы в стране 5 - 7-летние инвестиции - никаких проблем, таких проектов был бы миллион. Но сейчас мы ищем проекты с окупаемостью год-два, ну, максимум, три.

- АФК "Система" - один из самых диверсифицированных в стране холдингов. Задумываетесь ли вы над необходимостью специализации и распродажи непрофильных активов?

- Мы продали "Оренбурггеологию", потому что у нас там не было контрольного пакета. Мы готовим сейчас еще несколько активов на продажу. Был у нас мясоперерабатывающий завод, мы его продали. У нас нет такой поспешности, что нужно немедленно все распродать. Мы готовим АФК "Систему" к бирже. И поэтому мы очень тщательно анализируем все активы с тем расчетом, чтобы весь набор направлений в "Системе" представлял собой только успешные активы. Мы многие наши активы еще не осмыслили как следует, мы сейчас разработали план стратегического развития корпорации на пять лет. Это огромный 500-страничный труд, подготовленный нашими специалистами из комплекса стратегического развития с привлечением McKinsey.

- McKinsey наверняка посоветовала вам избавиться от многих бизнесов, они давно проповедуют необходимость специализации.

- Не без этого, но вместе с тем надо отдать им должное, что во многие наши направления они вникли достаточно грамотно. Где-то реструктурировать, где-то укрупнить, где-то сделать сеть, если это еще не сетевой актив. По целому ряду направлений их мнение отличается от нашего. Это работа в обычном нормальном западном варианте. Когда есть и западный аудитор, и западный консультант и когда ты имеешь какие-то рейтинги и западные опорные банки, то ты уже в этой колее идешь и не может ни вправо, ни влево вывалиться, хотя иногда очень хочется, потому что специфика работы в России, конечно, несколько отличается западной.

- В одной из ваших презентаций я читал, что "Система" будет специализироваться на хай-теке. Означает ли это, что вы постепенно продаете все остальное?

- Мы действительно приняли решение, что "Система" будет развиваться в области хай-тек, - по той простой причине, что другие ниши заняты, мы не можем пойти в "Норильский никель", не можем пойти в нефть. Поэтому нам приходится развиваться в тех областях, которые не структурированы и не заняты, и этих областей достаточно много. Мы уже смотрим на каждую проблему как на сетевой вопрос, стараемся вывести каждую компанию на то, чтобы она работала сама и возмущающие явления со стороны "Системы" были небольшими.

- Насколько глубоко вы участвуете в управлении дочерними бизнесами?

- Глубоко, конечно, хотя не в ежедневном управлении. У МТС есть стратегический план развития до 2012 г. Возьмите, например, "РОСНО" - она начала работать теперь в команде с Allianz, и мы точно понимаем, что здесь только на уровне совета директоров нужно работать, не вникая в текучку. Потому что технология будет самая современная - весь мировой опыт, который есть у Allianz, будет привлечен сюда.

- Кстати, у "Системы" сейчас в "РОСНО" есть контрольный пакет?

- Сейчас есть, и в ближайшем будущем останется.

- А в "Вестнике ФКЦБ" написано, что лично [главе "РОСНО"] Евгению Кургину принадлежит 6% акций "РОСНО". У Allianz, как известно, 45%. То есть у "Системы" не получается больше 49%.

- Это не так, у "Системы" 51% , у менеджмента "РОСНО" - 4% и 45% - у Allianz, и в течение нескольких лет такая ситуация останется. А дальше станет ясно: может, мы пойдем на биржу вместе с Allianz, и тогда контрольный пакет уже не важен, или, если Allianz нам сделает хорошее предложение, мы продадим свою долю.

- Будете ли вы продавать свои торговые активы?

- От торговли отказываться точно не будем. Мы строим сейчас торговую сеть по всей территории России, в Белоруссии, на Украине и т. д. Торговля - это тот проект, в который у нас есть желание $200 - 300 млн инвестировать. Очень высокая оборачиваемость, очень хороший рост прибыли, нормальная торговая марка ( "Детский мир". - "Ведомости"). Просто мы сейчас это доделаем, чтобы оборот был где-то чуть больше $200 млн, и понесем на биржу. Это будет прекрасная торговая сеть. Думаю, выйдем на биржу через 1,5 года.

- Как поживает проект по созданию национального брэнда в электронике на основе ваших зеленоградских предприятий? Неужели вы действительно собираетесь привлечь туда $1 млрд?

- Настойчиво прорабатываем, как это сделать, совместно с правительством.

- При чем здесь правительство?

- Потому что нам самостоятельно привлечь $1,2 млрд не удастся - слишком велики риски. Мы считаем, что это нужно не только "Системе" - это нужно стране. Потому что микроэлектроника является важнейшим звеном. Мы можем отказаться от легковых автомобилей, от какого-то сектора станкостроения, от производства труб большого диаметра, но отказаться от микроэлектроники - это значит отказаться от возможности в будущем считаться современной державой.

- Вы надеетесь от имени РСПП предложить правительству этот проект?

- Дело не в этом. Пока суммарный интеллектуальный потенциал нации еще есть, она еще имеет право на свою заявку в истории. Пока есть во что вкладывать. Если не будет интеллектуального потенциала, инвестировать станет бессмысленно.

- $1,2 млрд - это чудовищная сумма по сравнению с нынешними оборотами вашего "Научного центра".

- К сожалению, это столько стоит. "Чистая комната", а это целое производство, огромнейший завод, на котором можно производить современные пластины толщиной 0,18 - 0,35 микрон, столько стоит. Мир не придумал ничего нового.

- Вы просите у правительства гарантии на всю сумму кредита?

- Частично. Мы считаем, что "Система" сама привлечет $500 - 600 млн, а насчет остальной части пытаемся договориться.

- Банковский бизнес в АФК "Система" обязательно останется?

- Нет. Мы имеем его только в силу необходимости.

- Вы думаете, что ваш МБРР - более надежная вещь, чем ведущие российские банки?

- Да. Потому что мы знаем, что, если там что-то случится, нам некого винить, кроме самих себя.

- Сейчас уже все счета группы переведены в МБРР из Гута-банка?

- Да.

- А почему вы продали Гута-банк?

- Драмы никакой нет. На рынке, я считаю, это было одно из самых цивилизованных расставаний. Без грязи, шума, взаимных обвинений.

- Правильно ли, что вы навязываете своим "дочкам" услуги друг друга: страховые услуги "РОСНО", банковские услуги МБРР, мобильную связь МТС, выделенные линии Comstar?

- Чем компания становится больше и открытее, тем чаще она должна все свои вопросы решать через тендеры. Все проводят тендер. Если чужие условия будут различаться по цене в два раза с предложениями "РОСНО", то перед "РОСНО" будет стоять задача: или ты это теряешь, или давай ужимай цену. Еще три года назад мы действовали по принципу замкнутого круга - все только у своих. Потом мы поняли пагубность этого дела, поняли, что так мышцы не наращиваются, а расслабляются. Сегодня у нас нет жесткой линии даже по счетам в банке.

- А почему тогда по факту ничего чужого ваши подразделения не закупают?

- Потому что нормально, выгодно. Но если ты считаешь, что где-то лучше, - пожалуйста, вперед и с песнями, но только докажи, что это лучше.

- Не жалеете ли вы сейчас, что вы расстались с "ВымпелКомом", когда он находился во временном, как оказалось, кризисе?

- Я никогда ни о чем не жалею. Это иссушает душу. Если бы мы не расстались с "ВымпелКомом", мы бы не владели сейчас МТС. Когда мы владели "ВымпелКомом", мы делали все, чтобы МТС развивалась медленнее.

- Вы могли бы быть сейчас практически монополистом в области сотовой связи, сохрани вы у себя "ВымпелКом".

- Я не хочу ни в одной области быть монополистом. Монополизм - это сродни похоронам бизнеса. Только конкурентная борьба заставляет шлифовать мастерство, иметь лучшие кадры, заставляет каждый день лучше работать.

- Однако на многих телекоммуникационных рынках АФК "Система", владеющая МГТС, "МТУ-Информом", "Телмосом", Comstar, "Голден-Лайн и др. , - реальный монополист.

- Я жалею об этом. Но что мне делать? Я точно никого не преследую за инакомыслие, не пишу пасквильных статей, не подаю в суды. Если кто-то не сумел пробиться, это их беда. Значит, они недостаточно все продумали. Но сказать, что я любыми путями добиваюсь, чтобы никого не было, нельзя. Я хочу конкуренции в любом виде бизнеса. Для меня было бы личной трагедией, если бы исчез "Би Лайн" или "Северо-Западный GSM".

Я не собираюсь продавать Comstar или МТУ. Я собираюсь их объединить в одну компанию. Это будет огромная цифровая компания. Сделка уже идет, а в следующем году эта компания, я думаю, выйдет на биржу.

- Вы говорили о необходимости региональной диверсификации бизнеса. Когда вы поняли, что надо выходить за рамки Москвы?

- Несколько лет назад. Мы начали активно работать в других регионах и странах. Вдруг поняли, что такие же деньги можно зарабатывать в Испании, Чехии, Белоруссии, на Украине. Все зависит от того, как сделаны проекты. Мы ряд проектов запускаем и пробуем в Москве, но в конечном итоге сегодня стержень нашей работы направлен на экспансию в регионы и страны.

- У вас что, испортились отношения с Лужковым?

- Нет. Они так много лет существуют, что испортить их практически невозможно - это целый кусок жизни. Просто я точно не путаю работу с личными отношениями. Что касается бизнес-отношений, то я всегда помнил, что он мэр столицы, а я - один из бизнесменов в городе, и не претендовал на какую-то исключительность.